Cornerstone

Мы из XXI века


Под конец 2003 года поклонники мелодичного хард-рока были ошарашены новостью о расколе в стане знаменитого интернационального коллектива Royal Hunt - басист Стин Могенсен и гитарист Якоб Кьяер объявили о своем уходе. Внятного объяснения причин так и не последовало, и ситуация вокруг группы, которая и так вызывала в последнее время массу вопросов, стала совсем загадочной. Чего, впрочем, нельзя сказать о Стине, который в последнее время был постоянно на виду со своей собственной командой Cornerstone, в состав которой входят лучшие инструменталисты Дании и английский певец Дуги Уайт, который прославился исполнением вокальных партий на последнем альбоме Rainbow. Третий диск Cornerstone под названием "Once Upon Our Yesterdays" увидел свет в конце прошлого года (в Европе - на Massacre Records, в России - на Art Music Group), и таким образом у нас появился шанс одним интервью "убить двух зайцев" - прояснить некоторые малоизвестные аспекты истории Royal Hunt и рассказать о деятельности Стина за пределами родного коллектива…



Во сколько лет ты начал играть на басу?




Мне тогда было лет 13. В значительной степени я начал играть из-за брата, который на пять лет меня старше, и когда они с группой выступали, это оказывало на меня просто гипнотическое воздействие. Вообще, это долгая история - я начинал, как гитарист, но не мог пристойно играть, потому что у меня поврежден безымянный палец на левой руке, и в итоге я перешел на бас. (Смеется.)



Какую музыку ты тогда слушал?




Конечно, тогда мои музыкальные вкусы находились в значительной степени под влиянием брата, а он слушал все, начиная от Pink Floyd, и заканчивая Джеффом Беком, Thin Lizzy и частично Deep Purple, но последними я серьезно увлекся потом, когда стал замечать, что мне нравится более тяжелая музыка. Помню, я купил сингл группы Geordie, в которой пел будущий вокалист AC/DC, и это было очень мощно, мне очень понравились некоторые их риффы, и так я начал увлекаться тяжелой музыкой. И, конечно же, на меня не могли не повлиять такие вещи, как "Night At The Opera" и "Sheer Heart Attack" Queen.



Кстати, а чей сейчас занимается твой брат? Он все еще играет?




Нет. (Смеется.) Он работает менеджером в автомобильной компании и больше не занимается музыкой. Ему нравится рок, ему нравится и более тяжелая музыка, но он никогда не был этим сильно увлечен.



Ты помнишь свой первый концерт?




Это было еще в школе - в Дании, если ты тинэйджер, ты можешь посещать вечернюю школу. Там была группа, которая играла кавера Santana, Beatles, просто для того, чтобы наработать какой-то опыт. И мы отыграли в собственной школе концерт, который стал первым в моей жизни.



И какие впечатления у тебя остались от того выступления?




Я так нервничал, что у меня осталось не особенно много впечатлений! (Смеется.) О первом выступлении музыканты почти всегда помнят не так много. Конечно, ты испытываешь огромный эмоциональный подъем, когда стоишь на сцене, и на тебя смотрят множество глаз, но обычно ты так нервничаешь, что концентрируешься только на игре и думаешь: "Надеюсь, я нигде не наврал!" Но все равно это было здорово.



Расскажи о группах, в которых ты играл до Royal Hunt. У них выходили какие-нибудь альбомы?




До Royal Hunt я играл во многих группах, некоторые из них потом выпускали альбомы, но уже не со мной. Была одна местная группа, которая называлась Witchcross, у них вышло один или два альбома, также я играл с ребятами из Narita и Prime Time. Это было за пару лет до того, как я познакомился с Андре (Андерсен, клавишник - прим. ред.), и мы решили основать Royal Hunt. У Андре в то время была другая группа, которая называлась Apart, но он хотел делать что-то новое, хотел пригласить новых музыкантов, так что у истоков Royal Hunt стояли только мы вдвоем.



А как ты с ним познакомился?




Сейчас я уже точно не помню, по-моему, нас познакомил парень из студии, который сказал мне, что в маленькой студии работает русский, которому нужны музыканты. По-моему, его телефон мне дал один из студийных гитаристов. Я позвонил ему, и я совершенно не знал, кто он такой, как часто бывает, когда знакомишься с людьми. Но потом я послушал некоторые его демки, это были первые песни Royal Hunt, и мне они очень понравились. И у нас буквально с первого дня возникла симпатия.



Какова была первая песня, записанная для Royal Hunt?




По-моему, это была "Traveler In Time", которая так и не вышла. Прежде, чем мы получили контракт, мы записали огромное количество демок, мы года два работали, не покладая рук, прежде, чем дело сдвинулось с мертвой точки. (Смеется.) Нам очень повезло, что у Андре была своя студия, и мы могли достаточно продуктивно работать. Прежде, чем получить контракт, мы связывались со множеством лейблов по всей Европе и Дании. И у нас скопилось просто огромное количество материала. (Смеется.)



Означает ли это, что у Royal Hunt есть много нереализованного материала начала 90-х?




Скорее, конца 80-х. Хотя вы, возможно, и не узнаете его, потому что он записывался с другими, местными вокалистами.



Значит, Хенрик Брокман не был первым вокалистом Royal Hunt?




Он пел на нашем самом первом альбоме ("Land Of Broken Hearts", 1993), но еще до него были ребята, которые пели на демо. Не знаю, кого из них считать первым вокалистом, наверное, это все-таки Хенрик, потому что он присоединился к нам за полтора года до того, как вышел альбом.



Как в Royal Hunt появился Якоб Къяер?




Сначала по разным причинам у нас были проблемы с гитаристами - один из них жил в Швеции, другой - на совершенно противоположном конце Дании, и ему было очень далеко к нам ездить. Но у Хенрика был друг, которого звали Якоб. Он сыграл пару соло на первом альбоме, и когда наша карьера пошла в гору, и нам нужно было давать концерты, мы просто попросили его остаться в группе. Он остался, и это была большая удача.



Как твоя песня "The Final Lullaby" оказалась на сингле Royal Hunt "Message To God" (1997)?




Это получилось потому, что японцы всегда требуют бонус-треки. А у меня как раз была в запасе пара неплохих песен. Это очень грустная и красивая баллада, которая нравится фэнам, и поэтому мы решили поместить ее в качестве бонус-трека на японскую версию альбома "Paradox" (1997).



Чем сейчас занимается первый ваш ударник Кеннет Олссен? Мы слышали, что у него проблемы со здоровьем…




Я очень давно ничего о нем не слышал, так что вряд ли смогу ответить на этот вопрос.



Правда ли, что после ухода из группы в 1998 году Ди Си Купера, в Royal Hunt прослушивался Дуги Уайт?




Да, это так. Я сам его порекомендовал. (Смеется.) Майкл (Райцин), менеджер Royal Hunt, нашел его через некоторое время, и тот приехал в Копенгаген. Мы тогда прослушали уже очень много вокалистов, но все с самого начала как-то чувствовали, что Дуги не подходит Royal Hunt. Он слишком старомоден, что ли, он слишком блюзовый певец. Но мне он всегда нравился, мне всегда нравился его голос, и поэтому когда возник Cornerstone, то вполне естественно, что первое, что я сделал, так это связался с ним. Он был очень удивлен, что мы снова обратились к нему, но Cornerstone играют совершенно другую музыку, и он согласился записать с нами альбом, что было для меня очень приятно.



А кто еще прослушивался в Royal Hunt?



Сейчас я уже, наверное, всех и не вспомню, но их было много. (Смеется.) Мы получили множество кассет и дисков, там были люди из Швеции, Норвегии, были и американцы, помимо Джона Уэста. Было очень много кандидатов, но, как всем известно, мы остановили свой выбор на Джоне и ни секунды об этом не жалели.



А правда, что среди этих кандидатов был и парень из России?



Я об этом не знаю.



Какой альбом Royal Hunt тебе нравится больше всего?




Думаю, это концертник "1996". Ну и еще "Paradox".



Давай теперь поговорим о ваших визитах в Россию. Какие лучшие и худшие воспоминания у тебя о ней остались?




Не знаю, известно ли вам, но во время нашего первого визита в Россию у нас было очень много проблем с вашей таможней, и концерт пришлось задержать на несколько часов, потому что они не пропускали наше оборудование. В один момент, где-то около 9 часов вечера, мне даже начало казаться, что нам вообще в этот день не удастся выступить. (Смеется.) Никто ничего не знал, нам не с кем было связаться, не у кого узнать. Это был совершенный кошмар, и когда мы, наконец, вышли на сцену, то были очень раздражены. Это было самое худшее воспоминание, а в остальном мне все очень понравилось, я никогда до этого не был в России, и при словах "Восточная Европа" у меня перед глазами вставали картинки Холодной войны, многие до сих пор считают, что это ужасное место. Так что для меня это был приятный сюрприз, правда, я был только в Москве, но мне понравилась архитектура, в ней чувствуется итальянское влияние, хотя в ней также чувствуется космополитический дух Нью-Йорка, потому что это очень большой город.



Во время первого московского концерта у вас было два бэк-вокалиста, а во время второго бэк-вокал взяли на себя вы с Якобом. Почему?




Это просто естественное развитие группы, вопрос о бэк-вокалистах мы поднимали еще в 1995-1996 годах, мы думали, что будет здорово сделать что-то иное. Но почему-то все осталось в прежнем виде, ведь бэк-вокалисты были очень существенной частью группы. Это был своего рода пережиток хард-рока, хотя мне лично нравилось так играть, было здорово не думать обо всех этих гармониях. Но однажды мы решили, что больше не будем их использовать, потому что это удешевит дорожные расходы, ведь нам не нужно будет платить за перелеты, отели и прочее за еще двоих людей.



После того, как вы решили отказаться от бэк-вокалистов, вы использовали какие-нибудь вокальные сэмплы или все пели сами?




Мы делали своего рода смесь того и другого. Сами мы не в состоянии воспроизвести большой хор, и поэтому, помимо наших с Якобом голосов, на концертах используются сэмплы.



Ударник Алан Соренсен, который сейчас играет в Cornerstone, несколько раз уходил из Royal Hunt и снова возвращался. Почему так происходило?




Когда Алан ушел, у нас появился еще один ударник по имени Алан (Чикая), так что получалось, что у нас было два Алана-барабанщика. Но ему вскоре предложили работу в Kingdom Come, они пару раз ездили в турне по Европе. В то же самое время и Royal Hunt должны были отправиться в турне, и нам снова потребовался ударник. Тогда мы снова обратились к Алану Соренсену. Он был рад отыграть с нами несколько шоу, но не хотел становиться постоянным участником группы.



А правда, что сейчас он снова вернулся в Royal Hunt?




Ну, я бы не сказал, что он вернулся, просто нет ничего предосудительного в том, что он поедет с ними в тур или запишет альбом, но я не думаю, что он будет постоянным участником группы.



Что ты сейчас думаешь о сборнике "The Watchers" (2002), который преимущественно представляет собой концертные и студийные версии старых песен в исполнении Джона Уэста? Как ты считаешь, насколько был вообще нужен выход этого альбома?



Я как-то не задумывался об этом, но в какой-то момент у нас было слишком много релизов. Я не знаю, со стороны можно обсуждать, плохо это или хорошо, но когда ты находишься "в процессе", то уже не слишком сильно об этом задумываешься. Во многом дело здесь в японском рынке, нужно идти им навстречу, пусть даже с точки зрения группы это будет необоснованно. Но все-таки тогда у нас одновременно вышло многовато релизов.



И мы все-таки не можем не задать этот вопрос: почему после стольких лет ты ушел из Royal Hunt?




(Смеется.) Вы не единственные, кто задал мне этот вопрос! Конечно, это было для меня непростое решение, потому что мы очень многое пережили вместе, и я был в группе с самого ее основания. Но последние два года работа в группе перестала приносить мне удовольствие. Мы все выросли, стали старше, у нас на многое разные взгляды, и я больше не видел для себя будущего в группе. Вот, собственно, поэтому я и ушел.



Ты не знаешь, чем будет заниматься Якоб Къяер?




Он всегда хотел быть поп-продюсером и теперь решил попробовать себя на этом поприще. У него поп-сердце. (Смеется.) Это тоже жестокий бизнес, но, может быть, ему повезет.



Есть ли шанс, что однажды он присоединится к Cornerstone?



Не думаю. (Смеется.) Я не думаю, что он снова решит вернуться в прежнее русло. К тому же, я очень доволен Каспером (Дамгаардом). Так что пока я ничего не собираюсь менять.



Что ж, теперь давай поговорим о Cornerstone. Ваш первый альбом "The Arrival" (2000) был издан в России дважды двумя разными компаниями. Сначала его пролицензировал лейбл Purple Legion Records, а потом в продаже появилось издание Art Music Group. Как так получилось?




Знаете, иногда люди делают ошибки. Так получилось, что мне сообщили об этом слишком поздно, и я уже ничего не мог сделать. Проблема в том, что контракт, который я подписал с немецким лейблом Massacre вообще не содержал упоминаний о России, и наш менеджер Майкл договорился об издании диска с одним русским лейблом (Purple Legion - прим. авт.). А Massacre взяли и сделали аналогичный лицензионный вариант самостоятельно (через Art Music Group, если уж совсем точно - прим. авт.) (Дружный смех.) Получилось очень неприятное недоразумение, и по поводу этого релиза возникло много трений. Ну что ж делать, дерьмо случается. (Смеется.) Наверное, это моя ошибка, перед тем, как заключать контракт, я должен был перепроверить все и удостовериться, что Massacre не продадут лицензию на издание диска в России.



Мы хотели бы расспросить тебя о музыкантах, которые записывали с тобой альбомы Cornerstone. Первый - Руне Бринк. Откуда он взялся, как ты с ним познакомился?




Он клавишник и играет в группе Wuthering Heights, у них только что вышел третий альбом. Я связался с ним, когда мы готовились к одному из первых концертов Cornerstone в Копенгагене. Мне был нужен клавишник, так что я сконтактировался с ним и с тех пор время от времени пользуюсь его услугами. Он играет с нами и на концертах, например, в этом месяце у нас запланировано выступление в Копенгагене, и он будет с нами на сцене.



А как в составе появился гитарист Каспер Дамгаард?




Это длинная история. Я уже знал Каспера лет 10, но не особенно хорошо. То есть, я знал, кто он такой, и однажды, лет семь или восемь назад он помог мне с записью нескольких демо, которые так никогда и не увидели свет. Но я его запомнил, а во время работы над "Human Stain" (2002) мы столкнулись с ним в студии, он записывал гитару для сольника Майка Трэмпа (бывший вокалист White Lion - прим. авт.). Я попросил его нам помочь, я спросил его: "Ты не мог бы сыграть парочку соло на этих демо?" Он согласился, мне понравилась его работа, и я отослал ее Дуги, а через день Дуги звонит мне и говорит: "Эй, ты должен связаться с тем парнем, пусть он играет на альбоме, мне безумно понравились его партии!" На мой взгляд, он привносит в музыку энергию и агрессивность, которая очень подходит для нашего стиля. Мы очень довольны Каспером, в его игре чувствуется мудрость, которую мы всегда искали.



Откуда взялся скрипач Стефан Соренсен?



Это сессионный музыкант, мы пригласили в студию нескольких сессионщиков для записи струнных, и он - как раз один из них. Я попросил его сыграть на одной песне, и получилась очень странная, но очень интересная композиция. Вот, в общем-то, и все.



А он не родственник Алана Соренсена?




Нет. Он вообще из другой части Дании. (Смеется.)



Теперь на очереди еще один гитарист - Питер Брандер.




Питер хорошо известен в Дании как продюсер и звукорежиссер, и ему принадлежит студия, в которой мы записываем наши диски. Кроме того, он отличный гитарист и аранжировщик, и у него есть традиция играть маленькие партии на всех альбомах, которые записывались в его студии. Просто по приколу. Так что его гитара есть на всех трех наших дисках, и хотя ее там не так много, нам очень понравились его партии.



Одно время партии бэк-вокала для Cornerstone и Royal Hunt исполнял певец Кенни Любке. На сольнике Андрея "Changing Skin" (1999) он записал даже лид-вокал. А где Кенни сейчас?




Честно говоря, не знаю точно, чем он занимается. Вроде был он участвовал в организации конкурса "Евровидение", где записывал бэк-вокал для конкурсантов. Думаю, сейчас у него много студийной работы, он записывает вокал для самых разных проектов.



Для записи каждого диска Cornertsone вы использовали две, а то и три студии. Зачем вам это надо? Не проще ли записать все в одном месте?




Иногда бывает очень полезно сменить обстановку. Но главная причина в том, что ключевые инструменты, например, ударные и гитары, мы записываем в большой студии, а клавишные я, в основном, пишу в собственной домашней студии, плюс мы иногда использовали студию Royal Hunt. В этот раз для записи вокала Дуги мы отправились в летний домик и взяли с собой мобильную студию. Дело происходило в разгар лета, и было очень здорово сходить на пляж, погулять, посидеть в саду или просто слоняться по дому, а как только появится настроение, браться за запись. Возникла совершенно особенная атмосфера, и она нам очень понравилась.



Для альбома "Once Upon Our Yesterdays" вы сделали очень любопытную фото-сессию. Ты и Дуги запечатлены на фоне какого-то сада или леса. Где вы это снимали?



Как раз в том самом летнем домике. (Смеется.) Пришлось сниматься прямо там, потому что в это время я еще не знал, предстоит ли мне какая-то работа с Royal Hunt. Если бы я знал, что нет, то мы пригласили бы на фото-сессию всех членов группы. Для следующего альбома мы так и сделаем.



Ты не мог бы пояснить, что означает название "Once Upon Our Yesterdays"? Почему вы назвали диск именно так?



Разумеется, название тесно связано с текстами, которые в этот раз получились у Дуги очень личными. Он много размышляет о жизни, о том, как он рос, как потерял любовь и как боролся с отчаянием. Так что нам требовалось название, которое бы отражало все эти темы. Однажды Дуги написал мне электронное письмо, в котором была строчка "once upon our yesterdays", и она тут же меня зацепила. Когда я произношу эту фразу, я как будто бы оправляюсь по волнам воспоминаний в годы моей юности. И в итоге мы решили назвать альбом именно так. Кстати, в начале диска вы слышите звуки школьного двора - это главный герой как будто вспоминает свое прошлое. Вот вам и расшифровка названия.



Расскажи, пожалуйста, как вы работали над песнями для "Once Upon Our Yesterdays". Вы снова использовали ту же методику, что и при работе над "Human Stain"?



Особых перемен не произошло. Мне кажется, мы нашли оптимальный способ работы, и он приносит достаточно хорошие результаты. У меня дома есть небольшая студия, в которой я записываю много демок, а Дуги посылает мне диски и кассеты с записями своих идей, а также наброски текстов. Я обрабатываю его и свои идеи, и когда мне кажется, что получилась песня, я посылаю ему запись, чтобы он мог начать работать над текстом или высказать свое мнение о музыке - достаточно ли она хороша, не слишком ли затянута, не многовато ли куплетов, нет ли у него идей, как по-другому сделать вокальную партию, и т.д. И вот так получаются песни.



Для первого альбома ты написал все тексты самостоятельно, но на втором и третьем эта работа перешла к Дуги. Почему ты прекратил сочинять тексты?



Ну я ведь не англичанин и не американец! (Смеется.) Для первого альбома я сделал все тексты сам, потому что все песни были готовы и записаны еще до того, как Дуги появился в группе. Знаете, сочинение текстов - это очень интимный процесс, к тому же, я не вокалист, и мой материал все равно будет потом перерабатываться вокалистом, ведь у каждого певца своя манера пения, произнесения слов и т.д. Ну и в конце концов, англичанину вообще проще писать тексты на английском, чем нам с вами! Даже если у тебя в школе был хороший педагог по английскому, этот уровень все равно остается недостижим, если только ты не прожил в США или Англии лет 10. Так что я доволен тем, что и как пишет Дуги.



Кстати, а ты сам не пробовал выступить в роли лид-вокалиста?



Нет! (Хохочет.) Мой голос слишком слаб для этого. Я могу только подпевать и этим и ограничусь, мне этого вполне хватает. Я пел на нескольких демо-записях, сделанных у себя дома, но я скоро сотру эти пленки. (Дружный смех.)



Что вдохновило тебя на написание песни "End Of The World"? Судя по ней, ты увлекаешься фолком…



Да, это правда. Как я уже говорил ранее в нескольких интервью, я не знаю, откуда приходит вдохновение. Бывает так, что я еду на машине и не особенно думаю о музыки, и тут у меня в голове что-то происходит, и появляется гитарный рифф, вокальная партия или еще что-нибудь. Если я не забываю эту партию до приезда домой, я стараюсь ее записать. На следующий день я слушаю запись еще раз, и если мне по-прежнему кажется, что идея хороша, я начинаю над ней работать. Забавно, иногда в голове появляется чуть ли не готовая композиция, причем ты еще даже не прикасался к музыкальному инструменту. Приятно, когда случаются такие вещи, жаль, что это бывает очень редко. Просто просыпаешься или едешь на машине, и тут вдруг в голове возникает готовая песня!



Музыка Cornerstone с каждым альбомом становится все тяжелее. Вы специально так делаете?




Наверное! (Смеется.) Мы не хотим ограничивать себя, мы делаем то, что нам нравится. После "Human Stain", который был неплохо принят критиками и неплохо продавался, мы подумали: "Окей, и куда нам двигаться дальше?" На самом деле, мы никогда особенно не обсуждали этот вопрос, мы просто продолжили работать, и так получилось, что "Once Upon Our Yesterdays" звучит тяжелее. Мне хотелось сделать диск более мрачным, более ориентированным на гитару и более удобным для "живого" исполнения. Мы хотим писать песни, которые хорошо звучат на концертах.



А следующий диск будет еще тяжелее?



Не знаю. (Смеется.) Посмотрим, пока еще слишком рано об этом говорить. Могу сказать точно, что мы не будем записывать два одинаковых альбома. У нас другие планы, мы хотим оставить за собой свободу экспериментировать со звучанием и построением песен.



Сколько концертов ты отыграл с Cornerstone?




К сожалению, не так много. У нас было много хороших предложений, например, пару лет назад нам предложили место разогревающей группы в неплохом турне, но нам пришлось отказаться, потому что у меня были дела с Royal Hunt. Еще после первого альбома нам предлагали тур, но Дуги пришлось лечь на операцию, у него были проблемы с горлом. Мы никак не можем синхронизировать наши графики. (Смеется.) После "Arrival" мы отыграли пару концертов в Дании, а через пару недель мы снова начнем выступать у себя в стране. Наш менеджмент работает над организацией наших европейских гастролей в этом году. Если нам повезет, выступим и на паре фестивалей. Кстати, сейчас ведутся переговоры о выступлении Cornerstone в России, и предварительное согласие сторон достигнуто, так что я надеюсь, что мы скоро сыграем и у вас. Я-то в России уже бывал, но будет здорово привезти туда и остальных ребят.



Отлично! Будем очень рады снова тебя видеть!



Спасибо!



До настоящего времени ты сочинил только один инструментальный трек -- "Basscamp 1". Ты с самого начала хотел сделать его инструменталом, или просто для него не нашлось подходящего текста?




Он изначально должен был быть инструменталом. Мы поместили его на японской версии "Arrival" в качестве бонуса, но я знаю, что в итоге он оказался и на российской версии. (Смеется.) О нем особенно нечего рассказывать - у меня был этот трек, и я решил, что будет прикольно его выпустить.



Ни у Royal Hunt, ни у Cornerstone нет в активе ни одной кавер-версии. Почему?



С Royal Hunt мы пару раз пытались играть чужие вещи, например, верите или нет, песню Джоан Осборн, но народу это "не покатило". (Смеется.) Наверное, мы просто сделали ее в неподходящий момент, ведь у нас получилась очень классная версия, довольно веселая, но она почему-то "не покатила", так что мы перестали ее играть.



И что это была за песня? Случайно, не "One Of Us"?




Ага, именно она! Наверное, ее можно найти в Интернете, кто-то ее записал, но я точно не знаю, где именно.



Это правда, что где-то год назад ДиСи Купер пытался восстановить отношения с Royal Hunt?



Я пару раз общался с ним по почте, но я не знаю, планирует ли он вернуться в группу. Я так не думаю.



Кстати, что ты думаешь о новой группе ДиСи Silent Force?



Думаю, что это достаточно агрессивная и прогрессивная музыка, они - отличные музыканты, но я не так много их слушал. Я пару раз слышал первый альбом ("Empire Of The Future", 1999), а со вторым ("Infatuator", 2001) вообще не знаком. Должен сказать, что уже не слушаю столь прогрессивную музыку, я в ней не нахожу особенно много интересного. Просто так получается, что в какой-то момент человек больше слушает один стиль музыки, а в другой момент - совсем других исполнителей.



Хорошо, а что же ты слушаешь сейчас?



Меня прикалывает новый альбом Metallica. (Дружный смех.) На мой взгляд, он достаточно агрессивен, и мне остается только восхищаться, что с их статусом они решились на такие смелые эксперименты. Сейчас мне больше нравится американская музыка, Creed и группы типа того. На мой взгляд, у них есть позитивная энергетика. За исключением этого, я не покупал новых дисков с прошлой осени. Когда ты целый день занимаешься собственной музыкой, слушать чужую уже не тянет.



Какова, на твой взгляд, наивысшая точка твоей карьеры?




Ой… Ну, наверное, это тур Royal Hunt 1996 года, мы провели очень интенсивные гастроли по Европе и Азии, а за год до этого гастролировали по США. Было очень круто, хотя довольно тяжело, но будучи музыкантом, ты получаешь от зрителей настолько мощную отдачу, что ты не забудешь эти впечатления до конца своих дней.



Песня "Midnight In Tokyo" - это своего рода благодарность вашим японским фэнам?



Думаю, да. Лучше было бы спросить у Дуги, но мне кажется, что вы правы. У него, как и у меня, с Японией связано немало замечательных воспоминаний, так что это своего рода благодарность фэнам с нашей стороны.



У Cornerstone очень интересный и информативный веб-сайт, но официальный сайт Royal Hunt всегда обновляется крайне нерегулярно. Почему?




Об этом нужно спрашивать вебмастера Royal Hunt. Насколько я знаю, Андрей сейчас строит новую студию, он переехал в новый дом и сейчас очень занят его обустройством. А в целом после выхода последнего альбома ("Eye Witness", 2003) у нас было не так много новостей.



В целом, какую роль в твоей жизни играет Интернет? Сколько времени ты проводишь в Сети?



Его роль растет, и я активно пользуюсь Интернетом. Особенно часто я пользуюсь электронной почтой, это просто фантастическое изобретение. К тому же, в Сети можно посмотреть новости, найти нужную информацию, разыскать необходимое оборудование и за секунду получить его характеристики, что очень здорово. Для музыкантов огромную роль играет тот факт, что ты можешь использовать Интернет для собственного промоушна, для быстрой связи с людьми и для поиска информации, которую в других источниках пришлось бы искать целую вечность. У Интернета есть и плохие стороны - пиратство и скачивание файлов, что не очень положительно сказывается на музыкальном бизнесе. Но эту проблему обсуждают уже многие годы, и вряд ли что-то изменится до тех пор, пока не изобретут новые способы изготовления дисков.



Теперь, когда ты уже не играешь в Royal Hunt, ты будешь посвящать все свое время Cornerstone, или у тебя есть планы участвовать еще в каких-нибудь коллективах?



Знаете, пока что я сконцентрируюсь на Cornerstone, для нас сейчас это очень важно. У нас полноценная группа, у нас новый менеджмент, который активно нами занимается, и я считаю, что у меня есть обязательства перед собой и другими ребятами работать по максимуму над продвижением группы. Посмотрим, как далеко мы сможем продвинуться. Кроме этого, я время от времени подрабатываю студийным техником, так что дел у меня и так хватает.



Выражаем благодарность Елене Уфимцевой (Art Music Group) за организацию этого интервью.

Роман "Maniac" Патрашов, Наталья "Lynx" Хорина

6 февраля 2004 г.

© Russian Darkside e-Zine